0
Путевые заметки
I. ПОД МАЛЬТИЙСКИМ ФЛАГОМ
Знакомьтесь, я - паломник. Наш теплоход под Мальтийским флагом, ведущим свою историю от братства госпитальеров святого Иоанна Крестителя,
основанного в 1097 году в Иерусалиме неким
купцом из Прованса для помощи паломникам -христианам, своим форштевнем рассекает воды Черного моря, с каждой минутой унося нас все дальше и дальше от Одессы на Восток.
Признаюсь, я немного волнуюсь: смогу ли сохранить лицо добропорядочного христианина перед многочисленными батюшками, отцами и сестрами,
вместе со мною отправившимся по благословению
Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси Алексия II к христианским святыням Востока по маршруту: Одесса – Ларнака - Хайфа - Порт-Саид - Салоники - Афон - Стамбул - Одесса.
Волнение вполне обоснованное: считая себя православным, я не умею ни молиться, ни исповедоваться, ни даже правильно креститься... Более того, свой нательный крестик, который я получил
от батюшки несколько лет тому назад во время крещения в церкви Александра Невского, я, сгорая от стыда за свою непоследовательность, надел лишь перед самой посадкой на теплоход.
Воспитанный на материальных ценностях я как-то не особенно задумывался о спасении своей грешной души и даже в паломнический рейс отправился скорее не за духовными ценностями,
а, как говорится, мир посмотреть и себя показать. 
Возможно, в другой раз я и пожалел бы те 500 американских долларов, которые, находясь проездом в Москве, я наконец-то получил за давно проделанную работу и которые приятно
оттягивали карман по пути в театр на Таганке, где шла премьера "Мастер и Маргарита" Булгакова, если бы не провидение. Как видно, Господь Бог в отношении одного из своих
величайших грешников, то есть меня, имел свои планы. А потому вместо "Таганской-кольцевой" я почему-то вышел на радиальной станции метрополитена и отправился к театру окружным
путем. Огибая по пути интересную церквушку с примечательным названием "Болгарское подворье", я не мог пройти мимо и любопытства ради заглянул вовнутрь, где и увидел скромную
рекламку о паломничестве во Святую Землю. "Церковь не обманет", - пронеслась мудрая мысль в голове. А так как количество посещаемых стран и цена путевки соответствовали моим
представлениям о дешевом и увлекательном путешествии, моя участь была предрешена.
И вот я уже на теплоходе навожу объективов своего фотоаппарата на веселого батюшку - отца Нила, окропляющего наши каюты святой водицей. Щелк! Плеск! Получив порцию святой воды
прямо в глаз и поздравления с началом паломничества, я отчаливаю на верхнюю палубу, где нос к носу сталкиваюсь с... Андрисом Лиепой, танцором Мариинского театра оперы и балета
Санкт-Петербурга, проводящим гимнастическую разминку.От созерцания сидящего на шпагате именитого паломника меня отвлекает колоритное семейство из десяти человек, во главе с московским хирургом, ливанцем по национальности, Хасаном Мушрефом.
- Я был единственным ребенком в семье, - удовлетворяя мое любопытство рассказывает Хасан, - и родители настолько опекали меня, что я страстно желал братишку или сестренку. Увы, это не входило в планы родителей, поэтому, когда я немного повзрослел, то решил, что у меня будет очень много детей.
- А как вы оказались в Москве?
- Проживая в Ливане, где пересекаются не только торговые пути, но и вероисповедания, я все время думал: какая же религия на самом деле самая правильная? И так как я был мусульманином, то и первое свое паломничество совершил в Мекку, к Священному камню Каабы, который почему-то не произвел на меня никакого впечатления. И тогда я отправился в паломничество по православным местам, где на меня и снизошла Благодать Божия. Я принял православие и уехал на учебу в Россию, где женился. Сейчас у меня восемь детей и все вместе мы не только каждый год совершаем паломничество в разные страны, но и на свои деньги строим в Москве храм. Будут ли у нас с супругой еще дети? Как Бог даст...
Я удивлен. Иметь восемь детей в наше переходное и далеко неблагополучное время могут себе позволить разве что сумасшедшие или находящиеся в глобальной нищете родители, чьи дети день и ночь копошатся в поисках пищи по мусорникам. А в семье российского подданного ливанца Хасана Мушрефа все дети одеты - обуты да и, как видно, не испытывают нужды и во всем остальном. Поразили меня и внутрисемейные отношения. Ведь как принято у россиян и прочих европейцев: если появляется на свет младенец, то на несколько лет он становится для матери не только величайшей радостью, но и обузой. А в семье Мушреф - тишь и спокойствие: полугодовалого малыша качает в коляске на палубе теплохода один день тринадцатилетняя сестра, другой день - пятнадцатилетняя. Мать с отцом присоединяются к детям лишь в каюте и в столовой. Причем, что интересно, в кругу семьи старший Мушреф непререкаемый авторитет: если по какой-либо причине отец запаздывает к столу, то все семейство его терпеливо ждет, ложку не берет ни стар, ни млад.
- Чтобы на нашем столе спиртного я не видел! - в категоричной форме заявил обслуживающему во время приема пищи стюарду Хасан, когда тот попытался поставить десять фужеров для вина.
- Но спиртное входит в стоимость обслуживания, - попытался было возразить стюард, - вы можете к нему не притрагиваться, но мы обязаны ставить его на стол при сервировке. - Никаких "может", - сказал, как отрезал, глава семейства, - у меня дети.
- Это обычное нормальное православное воспитание, - пояснил преподаватель Духовной семинарии Свято-Троицкой Лавры Василий Моров. - Если супруга уважает своего мужа, то в таких семьях практически не бывает ссор, а дети растут уравновешенными и жизнеспособными. К слову, большое количество детей в православных семьях скорее норма, чем исключение. У протоиерея отца Валентина, который находится вместе с нами на теплоходе, семеро детей, у отца Валерия - пятеро, у паломников из Москвы - шестеро... Можете верить или не верить, но даже я, сугубо мирской человек, пришел к выводу, что таким семьям Бог помогает...
Еще об одной православной традиции я узнал непосредственно во время обеда. Когда пришел в обеденный зал теплохода, то обратил внимание, что паломники почему-то не садятся за стол, как будто кого-то ожидая. И действительно - в кают-компанию вошел убеленный сединами игумен Алексий.
- Отче наш, иже еси на небесех... - услышал я первую в своей жизни общую молитву, с благодатью читаемую доброй сотней паломников. Как мог, я присоединился к молящимся.
- Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа!.. - произнес батюшка и перекрестил пищу.
Возможно, это и совпадение, но после благословения наш обед, называемый верующими трапезой, показался мне необычайно вкусным.
Спустя несколько суток наш теплоход, преодолев проливы Босфор и Дарданеллы, вошел в Эгейское море. Впереди - Кипр!Пётр Кудинов
Наверх Другие заметки
